live
Спутник ASTRA-4A 12073 МГц. Поляризация-Н. Символьная скорость 27500 Ксимв/с. FEC 3/4

"Война – это ежедневная рутинная работа"


фото: фото з Facebook Зореслава Каїнського
Боец батальона "Львов" Зореслав Каинский принял участие в челендже "Sheriffspecialforces" и стал одним из двадцати лучших спецназовцев Украины.

Участники в восьмикилограммовых бронежилетах пробежали 11 км, 80 раз подпрыгнули и 30 раз подтягивались. Львовский спецназовец сделал это за 57 минут.

Сейчас Зореслава Каинского знают как "мальчика в бронике", который пробежал полумарафон (21 км) в бронежилете и выполнил челлендж Мерфи в память о бойцах, погибших в боевых точках.

Когда ты проснулся знаменитым: пробежав полумарафон или когда сделал челлендж Мерфи?

После "Мерфи". На полумарафоне тоже было круто. Но "Мерфи" журналисты освещали как Олимпийские игры. Это какой-то медиа-взрыв был. И теперь, когда я приезжаю на другие соревнования, то оказывается, что куча участников знают обо мне. Они подходят знакомиться.

После челленджа Мерфи ты участвовал в еще каких-то соревнованиях в брониках?

В Мариуполе был забег с препятствиями. Там были рвы с водой, различные горки. Я там стал единственным участником в бронежилете. Единственное, что меня смутило, это – река. Я знал, что она будет, но думал, что неглубокая, что ее можно будет вброд перейти. Я не имел представления, что в бронежилете можно плыть. Оказалось, что можно. Сначала заходишь в болотце с камышом, немного идешь, но метров с 15 пришлось плыть. Достаточно комфортно было. Бронежилет даже на дно не тянул. Я думал, что это станет проблемой, но ошибся. Небыстро, потихоньку, но переплыл. А остальные уже просто.

Зачем ты этим занимаешься? Адреналина не хватает или это своеобразная реабилитация?

Это, пожалуй, уже зависимость. Я бегаю марафоны с 2015 года. Если до этого занимался спортом, чтобы себя в форме поддерживать, то последние пять лет целенаправленно готовлюсь к марафонам и полумарафонам. Это уже такая хорошая спортивная зависимость. А также возможность разгрузить психику. Когда ты бежишь, то у тебя нет никаких негативных мыслей, твой мозг отдыхает. Это своеобразная возможность избавиться от всего негативного.

Ты на войне с 2014 года. Не было желания уже освободиться из батальона?

Теперь уже нет. Было такое желание во время самой первой ротации. Помню, когда поехал впервые, то думал, что это моя первая и последняя ротация. (Зореслав Каинский боец добровольческого батальона. – Авт.). У меня не было никакого опыта. Ни военного, ни руководящего. А меня назначили старшим ротации. Тогда думал, что отбуду эту ротацию и переведусь в любое другое подразделение. Нас ехало семьдесят бойцов. Страх был: ты за всех отвечаешь. Но понемногу втянулся. И теперь, после шести лет, за плечами более 20 ротаций. Я уже и не знаю, сколько точно, я их не считаю. Сейчас поездки на Восток такие обыденные. Иногда едешь в другой город 4 часа в комфортабельном автобусе, то так замучаешься. А на ротацию ехать 24 часа в "пазике", а дорога есть дорога.

Почему ты пошел именно в батальон "Львов", а не в какой-нибудь другой? Почему не дождался повестки?

Я не был уверен, что мне повестка придет. А что именно батальон "Львов"... Я сказал своему тренеру по смешанным единоборствам Виталию Вовку что не буду стоять в стороне, что хочу пойти в какое-то подразделение. Это был 2014 год. Он переговорил с Дмитрием Загарией (начальником милиции Львовщины в 2014-2016 годах). Дмитрий Дмитриевич со мной встретился и предложил пост командира роты. Так все и началось.

Ты попал сразу в Дебальцево... Там было еще тихо?

Там никогда не было тихо. Там все время стреляли. Сначала город обстреливали ночью. А в окрестностях постоянно стреляли. Во время первой ротации чуть ли не каждую ночь под кровати скатывались. А уже во время второй ротации, в декабре 2014-го, город горел. Уже у нашей базы мины падали. Летом еще как-то веселее было, какие-то яркие краски. А зимой там все черное было. Людей уже почти не было, улицы пусты.

Там познакомились с ребятами из батальона Кульчицкого. Они нас постоянно с собой в рейды брали. У них не было транспорта, а у нас были машины. Мы с ними все время на «передок» ездили. Они засады делали, снайперские гнезда. Мы им помогали.

Что там на "передке" было?

Сгоревшие танки, выгоревшая земля. Однажды мы минометчика вражеского искали, заехали на хутор, прошерстили, буквально минута как отъехали, и хутор начали минометами крыть. Я так понимаю, кто-то из местных сообщил, что мы там. Но тогда никакого страха не было. В батальоне Кульчицкого был такой Сафрон (это позывной). Он эмигрировал в Великобританию, у него там свой бизнес. Служил когда-то во французском легионе, но когда началась война в Украине, вернулся... У него большой военный опыт. Мы много у него научились.

В Дебальцево погибли два бойца из батальона "Львов". Какое у тебя ощущение было, когда узнал?

Трудно было. Вспоминал, как общался с ними. Как говорил с ними на кухне, на построениях, еще где-то. Прокручивал в голове обыденные вещи. Сидел дома и вспоминал. Я настроил себя, что это – война. Что я мог столько раз уже погибнуть. Но гибель бойцов была болезненной... Я так до последнего не верил, что кольцо закроется. Я не думал, что Дебальцево отдадут.

Когда это произошло, ты был во Львове. Но почему-то поехал в Дебальцево.

Ехало наше руководство туда. Поэтому поехали и мы с комбатом. Мне велели взять с собой еще кого-то из бойцов, кому я доверяю. Я взял Василия Малетича, «Сьюзи». Это решалось за день-два. Мы погрузились и поехали. Заехали в Краматорск, там переночевали. Взяли с собой офицеров из донецкой милиции. Если бы их не брали, то мы бы с «Сьюзи» были в той машине, что подорвалась около Логвинова. Потом один из донецких милиционеров погиб. Дмитрий Загария и командир батальона "Львов" Игорь Вольский получили боевые травмы. Сколько таких мелких случайностей, которые изменили мою жизнь...

Реально было доехать тогда в Дебальцево?

Нет. Я не понимаю, на что они рассчитывали, когда туда ехали. Когда мы были в пути на Восток, уже где-то за Киевом, Загарии перезвонили и сообщили, что дорога на Дебальцево закрыта. С кем я не говорил, никто не понимает их поступка. Там танки уже не могли пройти, а они на двух автомобилях хотели проехать.

Ты был одним из тех, кто ушел помочь Загарии и Вольскому вернуться "на большую землю".

Да. Когда уже точно было известно, что они там подорвались, мы получили приказ возвращаться домой. Мы ответили, что поняли...

...и не выполнили приказа.

Мы получили смску от Загарии, в которой он писал, что жив и идет по дороге в Артемовск (ныне – Бахмут). С той смской мы пошли к нашим разведчикам. Они ответили, что надежды нет, что Загария и Вольский или погибли, или в плену, а с телефона Загарии нам пишут сепары, чтобы нас выманить. Но тут позвонил сам Загария. Это был точно его голос. Мы приняли решение идти им навстречу. Связались с медицинским волонтером Юрием Бондарем, «Шаманом». И он поехал с нами на своей "скорой". Тот Юра тоже сорвиголова. Мы едем ночью, фары выключены. Я сел на переднее место рядом с ним. И вижу – навстречу БТР едет. Сейчас точно врежемся. Я уже с жизнью попрощался. А этот Юра: одна рука на руле, в другой – сигарета, шух, вывернулся. Те на БТРе, вероятно, нас обматерили. А Юра такой спокойный. Приехали мы к крайнему блокпосту. Там нам сказали, что проезжало такое авто в сторону Дебальцева и точно знают, что взорвалось. Мы там оставили "скорую". Еще бойцы с того крайнего блокпоста отказывали нас идти, потому что это опасно. Но дали нам пароли. И мы пошли. По дороге встретили "таблетку", которая, как потом оказалось, уже унесла наших командиров. Она потом еще врезалась в "Урал". Мы их там и нашли. Оттуда – в Артемовск, в больницу. Там оставили Загарию и Вольского. Мы же с бойцами вернулись в Станицу Луганскую к своим.

Какие мысли тогда были?

А никаких. Вернулись в Краматорск, тогда как раз были там обстрелы. Обстреляли штаб АТО в Краматорске. "Градом" обстреляли и базу, где стоял львовский "Беркут" и еще с какой-то области. Там один боец погиб от прямого попадания "Градом". Все были в плохом настроении. О нас уже говорили, что мы погибли. Мы приехали, то нас смотрели с удивлением: как мы выжили? А мы сдвинули какие столы, накидали кариматы, спальники, ребята дали нам подушки. И упали спать.

Так спокойно все перенес?

Уже когда был около Станицы, со мной связалась жена донецкого милиционера, погибшего около Логвинова. Было больно с ней говорить. У нее было огромное горе. Она все надеялась, что сообщение о гибели ее мужа – ошибочно.

А твоя семья что говорила? Никто не звонил?

Как не звонил! Они получили информацию, что машины подорвались. Звонили и мама, и папа, и брат, и жена. Но мы как раз тогда по той дороге Дебальцевской шли. Никто дозвониться не смог. Связь появилась, когда в Артемовск подъезжали. Жена была зла, потому что я ей сказал, что я в Харьков еду. Ну, обманул немного. Но простила. Потом она мне сказала: "Я точно знала, что с тобой ничего плохого не случится".

Снится Дебальцево?

Мне никогда война не снится. И мне вообще никогда ничего не снится. Война – это будничная ежедневная работа. 80 процентов – это будничная работа. И процентов с 20, может, бои.

Если сравнить твои рекорды в бронике с дебальцевскими событиями?

Там нечего сравнивать. На спортивных событиях твоей жизни ничего не угрожает. Даже если получил какую-то травму, то рядом есть куча медиков, ты знаешь, что тебе сразу окажут помощь. А на войне – совсем иначе.

Всё по теме

новости партнеров

2 марта, 2021 вторник

1 марта, 2021 понедельник

28 февраля, 2021 воскресенье

2 марта, 2021 вторник

1 марта, 2021 понедельник

28 февраля, 2021 воскресенье

27 февраля, 2021 суббота

26 февраля, 2021 пятница

25 февраля, 2021 четверг

24 февраля, 2021 среда

Спутник ASTRA-4A 12073 МГц. Поляризация-Н. Символьная скорость 27500 Ксимв/с. FEC 3/4

Введите слово, чтобы начать