live
Спутник ASTRA-4A 12073 МГц. Поляризация-Н. Символьная скорость 27500 Ксимв/с. FEC 3/4

Не только люди не терпят измены


фото: Фото з архіву Олени Мацелюх
Елена Мацелюх об органе и о своем – подтвержденном недавним важным международным конкурсом – титуле "лучшей органистки"

Официальным поводом для встречи стала победа. В начале сентября этого года ведущая украинская органистка, солистка Львовской национальной и Ривненской областной филармоний, Дома органной и камерной музыки во Львове Елена Мацелюх на первом Международном виртуальном конкурсе для исполнителей в самых разных категориях (который объявил Израиль и в котором приняло участие 250 музыкантов из 17 стран мира) получила абсолютную победу аж в двух номинациях. Международное жюри, в состав которого вошли известные профессора из престижных музыкальных академий мира, присудили ей первое место за сольное исполнение на органе, а также за дуэт "орган-фортепиано" (в котором она выступила вместе со своей творческой партнершей пианисткой Меланией Макаревич). Впрочем, даже если бы не эта победа – мы все равно встретились бы: имя этой невероятно интересной женщины я несколько раньше записала себе в перечень персон, с которыми очень хотела бы поговорить шире – не только ввиду ее таланта, работоспособности и организаторской силы, но и из-за ее искренности и максимального позитива в отношении к миру.

Ну что же, от имени Еспресо.Захід сердечно поздравляю вас. Как ощущения? Привыкли уже к мысли, что среди органистов вы самая лучшая? По крайней мере, по состоянию на сегодня.

На самом деле я очень боюсь таких определений, несмотря на то, что это приятно. Сегодня один победитель, завтра другой и это – нормально. Ненормально на этом зацикливаться, хотя это не про меня. Ну, не умею я важничать, что делать. Но спрашиваю себя, а надо ли? Победа в этом конкурсе действительно в моей жизни – большое событие. Но шла я к ней много лет. Может, не прямо, может, скорее подсознательно. Потому что постоянно пыталась совершенствоваться, разделяя условно для себя год на две половины – после Рождества и после лета. И каждый раз на этой границе говорила себе: "Вот ты более усовершенствовалась, еще легче тебе стало с этим инструментом сосуществовать". Ведь особенность органа (который называют королем инструментов) в том, что чем больше на нем играешь, тем лучше понимаешь, что играть на нем не умеешь.

Я знаю, что я ничего не знаю

Так, настоящая теория Сократа. И снова начинаешь все сначала, но уже с какого-то определенного уровня. И это меня действительно очень радует. А этот конкурс возник неожиданно, хотя я в случайности не очень верю. Когда началась пандемия коронавируса, то закрылись все музыкальные заведения. А для нас – музыкантов – такая ситуация в определенной степени – трагедия. А как только прекращаются концерты, музыкант перестает существовать. Конечно, сам себя стимулируешь и ищешь, но это уже совсем не то. И даже не потому, что нет контакта с глазами зрителя, но и потому, что нет цели. Когда приходишь на работу и играешь изо дня в день только сам для себя – это сложно. Поэтому когда в конце июня неожиданно возник этот конкурс, я подумала: вот это твоя цель, давай двигайся.

 

Это первая ваша награда такого уровня?

Да, потому что на органе я играю не так давно – десять лет. Если учесть, что моей творческой партнерше Мелании Макаревич сейчас 33, из которых на фортепиано она играет 29, то это вообще учитывая формат времени мизерный срок. Но для меня очень знаковый, потому стараюсь не столько стремиться – как результат – к высшим наградам, а прежде пропагандировать органное искусство в Украине. К сожалению, оно в нашей стране было настолько истреблено, забыто, что люди, которые никогда не слышали живого органа, не редкость.

А они этого хотят? Есть во Львове оперный театр, но в нем побывали далеко не все львовяне. Запросы реальности более плачевны, чем хотелось бы.

К сожалению, это правда. Но судя по восторженным отзывам после органных концертов, говорится о необходимости активной пропаганды органного искусства. По крайней мере, об этом от слушателей неоднократно слышу.

Уж кто-кто, а вы для этой пропаганды сдвигаете горы: взять на свои плечи организацию нескольких органных фестивалей в нашей стране, да еще и в разных городах, согласовывать все нюансы (ведь приезжают не только отечественные, но и зарубежные исполнители), еще и самому быть максимально активным творчески – это надо быть героем.

Верите – о собственном героизме, когда что-то делаю, думаю меньше всего. Организовываю, потому что в этом есть на самом деле потребность. И организовываю не одна, а при поддержке друзей и единомышленников. В частности, композитора и музыковеда Богдана Котюка, который первым меня поддержал и вселил в меня веру, что я таки смогу играть. (К слову, Богдан Котюк специально для меня написал немало произведений и я стала первым их исполнителем (а это час органной музыки), мы вместе пропагандировали орган во многих городах Украины, в частности, в Николаеве, Киеве, Одессе, Донецке и других, проводим фестивали). Организовываю при поддержке директора Львовской национальной филармонии Владимира Сывохипа, который всегда открыт для свежих идей, многих других замечательных людей. Так возникли по моей инициативе, в частности, во Львовской национальной филармонии, целых два международных фестиваля органной музыки – летний «Pizzicato e Сantabile» (в этом году состоялся уже в пятый раз), а также зимний «Bach Сontemporary International». В Ровно – «Musica viva Organum» ( «Живая музыка органа") и "Festival Organ Cathedral» («Органный собор»). В Луцке в прошлом году – «Lucesk Оrganum» ( «Свет Луцкого Органа»). В этом году должен был состояться органный фестиваль в Золочеве (там как раз в июне прошлого года открыли отреставрированный орган), но из-за коронавирусных ограничений переносим его на следующий год. Также я являюсь соорганизатором Международных органных фестивалей в Черновцах. То есть охвачен почти весь запад Украины (конечно, там, где есть органы).

Как выглядит сегодня обучение органистов? Кто их готовит? Есть у них где со своей профессией приткнуться?

К сожалению, ситуация плачевна. Потому что одна-единственная профессиональная школа есть в Киеве и выпускает одного человека на 5 лет. Много это или мало? На уровне теории одно учебное заведение на целое государство не может охватить всех желающих. Но с другой стороны, тех желающих все меньше, поскольку после окончания учебы им негде работать. Ведь, как правило, где есть органы, там есть и органисты (обычно переквалифицировались из пианистов). А два таких музыканты в одном месте не предусмотрены.

Читала, что наши органисты высоко ценятся в Европе. В конце концов, вы – яркое тому подтверждение. Но как сочетается такая плачевная образовательная база и исполнительский уровень?

Это очень больной вопрос. Дело в том, что, как правило, те органисты, которых признали в Европе, в Украине не остаются, выезжают туда, куда их зовут. Только такие энтузиасты, как я, еще могут остаться и что-то делать.

Но я убеждена, что и вас зовут. Что вас здесь держит, какие рычаги срабатывают?

Патриотизм, хотя это и звучит, наверное, очень банально. Но кто-то и здесь должно остаться. А поскольку у меня с каждым годом открываются все большие возможности себя реализовать, то я не очень спешу искать где-то лучшей доли. Если ты сотрудничаешь с одной филармонией, второй, третьей, то уже нет времени куда-то ехать – настолько все всеохватно. А еще, кроме того, завершаю докторантуру в чешском городе Оломоуц, написала докторскую диссертацию на тему "Сакральное и профанное в органной культуре Чехии и Украины на примерах украинского композитора Богдана Котюка и чешского Петра Эбена" (кстати, тему предложил ученый совет Оломоуцкого университета) . И должна в этом году защититься, опять же, если все эти проблемы с пандемией позволят.

Иначе говоря, чтобы дойти до цели, надо прежде всего идти. Цель у каждого собственная. Но вы сказали, что во время пандемии многие музыканты эту цель потеряли. Насколько важно для человека иметь цель?

Без цели человек погибает, он обречен. Поэтому у меня такого нет, что вот завтра концерт и на этом все заканчивается. Ведь самая большая депрессия – когда цель достигнута. Я видела это по своему учителю (уже теперь покойному) Виталию Пивнову, с которым я тесно общалась до самой его смерти. Когда он достиг цели, то впал в жуткую депрессию. И с тех пор я – поражена его примером – всегда намечаю себе несколько векторов. Еще не успело завершиться одно, а я уже настроена на другое. Это очень помогает не терять силы духа.

А периоды депрессии у вас были?

Даже не знаю. Потому отношусь к людям, которые всегда будут что-то искать для себя, если бы, не дай Бог, наступил плохой период. Хотя депрессия – такая вещь, которая возникает фактически из ничего, а музыканты настолько уязвимы, что даже заметив чужой какой-то не такой взгляд, могут впасть в состояние стресса. У меня лично за мою жизнь таких ярких периодов депрессии не было. Единственное, когда поехала в Ригу, услышала звучание органа и поняла, что буду играть именно на этом инструменте, зависла – а как? Но столь моя вера была сильна (а я закончила Франковское музыкальное училище и поступила в консерваторию во Львове), что я на место органиста в нашем Доме органной музыки ждала десять лет. И когда его получила, то вела себя как жаждущий, что не может напиться. Играла и играла и не могла остановиться. И может такой стремительный рост вверх и пошел, потому что я постоянно работала – день и ночь. А потом, когда поняла, что сама не могу ничего сделать, поехала учиться в Киев, закончила там магистратуру и поступила в докторантуру в Чехии. И это уже 5-й год, как я там, и чувствую себя максимально комфортно. Когда ехала в Чехию на первую сессию, то переживала шок, не зная куда еду, к кому, что там буду делать и не лучше ли вернуться домой. Но когда приехала и увидела отношение ко мне, то впервые в жизни не захотела обратно. Имею замечательный творческий тандем с моим преподавателем Петером Планы, мы понимаем друг друга с полуслова и это действительно большое счастье.

Вообще существует определенная несправедливость. Любой концерт предусматривает, что люди идут послушать исполнителя. Что касается органной музыки, то слушатель прежде идет слушать орган, а исполнитель остается в тени. Как этот нюанс влияет на амбиции – исполнительские и чисто человеческие?

На мои – никак. Для органиста должна быть важной только одна амбиция – хорошо сыграть. Потому что когда органист плохо играет, это ничем не замаскируешь. Люди не дураки. Бывали такие исполнители, приезжали к нам с саморекламой как великие музыканты, но когда садились играть, то слушатели выходили из зала. Публику невозможно обмануть, а орган – тот инструмент, на котором, если не умеешь, не заиграешь. И ничто тебе не поможет.

Органист в какой-то степени как насекомое, ногами перебирает клавиши так же ловко, как руками. Насколько важен в вашей профессии ассистент?

Ассистент – это одна из неотъемлемых составляющих органа и органиста. Потому что когда органист отвлекается на то, чтобы переключить регистры или перевернуть страницу, то это иногда влияет на качество исполнения. И в мире это вполне понятные вещи. Однако в наших условиях ставка ассистента не предвидится. Поэтому исходим из возможностей – комбинируем, уменьшаем ноты. Каждый выгребает как может.

Недавно узнала, что в начале ХХ века Львов как по производству органов, так и деталей к ним мог конкурировать с ведущими по развитию органной культуры европейскими городами – Краковом, Познанью и другими. Как ситуация выглядит сегодня?

О конкуренции речь не идет. В начале ХХ века во Львове действительно работали две крупные фабрики, которые производили органы, а также большое количество мануфактур, выпускавших органные детали. Сегодня у нас не то что предприятия, которое специализировалась бы на органах, нет, нет даже достаточно мастеров, которые могли бы починить те органы, что есть.

То есть получается неизведанная земля, начинаем все сначала.

Так, начинаем все сначала. Но очень рады, когда продвигаемся хотя бы на шаг дальше. Дело в том, что двух одинаковых органов вообще не существует. Потому что орган – инструмент, который не производится, а строится и строится всегда под храм. Если большой храм – орган больше, если маленький – то меньше. Ведь если поставить большой орган в маленьком храме, то из-за вибрации может посыпаться потолок или развалиться стены. И секрет органа в том, что вибрирует не один инструмент (как вибрирует струна фортепиано или вибрирует труба), а столб воздуха в трубах. И когда этот столб воздуха из труб выходит, то очень благотворно влияет на организм человека, из-за чего орган можно слушать часами.

А где их можно слушать – в частности во Львове? Сколько имеем действующих органов?

Мизер по сравнению с тем, что имели еще сто лет назад. Хотя много по сравнению с другими городами. Самый большой и соответственно лучший орган в Украине – в бывшем костеле св. Марии Магдалины (ныне наш замечательный Дом органной и камерной музыки) – первоначально на 70 труб и более 4500 регистров. Органы в Латинской катедре и в костеле св. Антония, в Музее истории религии и электронный орган во Львовской филармонии. Есть еще частный электронный орган Ивана Духнича, который добился, чтобы у нас в консерватории открылся органный факультатив на базе пианистов. Органы (и не только во Львове) с приходом на эти земли советской власти постигла очень печальная судьба. Инструмент из-за того, что имел прямую связь с храмами (а началась эпоха атеизма), попал под запрет и был во многих случаях просто уничтожен, как вот в комплексе бернардинцев или в костеле св. Эльжбеты. И только благодаря Арсению Котляревскому – партийному работнику, который был огромным фанатом органа (открывал залы органной музыки по всей Украине), кое-что удалось спасти.

Почему вы выбрали для себя орган? И вообще, как решили стать музыкантом?

У меня музыкальная семья. Мама – музыкант, мамин брат – музыкант. И мне нравилось то, что они делают. Я с детства видела, как это – выступать на концертах и решила тоже попробовать. Мне понравилось, и я в этой сфере осталась. Поступила на фортепиано в музыкальное училище в Одессе, а потом как-то поехала на экскурсию в Ригу. Услышав орган, сказала себе: я буду на таком инструменте играть. И закрутилось.

Не испугались?

Уже привыкла и к клавиатуре, и к педалям. Когда директор Дома органной музыки, наконец-то – после многих лет моего стука в дверь его учреждения – сказал мне, что берет меня на работу и могу выписывать себе репетиции, радости моей не было предела. И так совпало, что как раз приехал электронный орган, который мы уже с другим директором – Львовской национальной филармонии – Владимиром Сывохипом скомпоновались и купили для концертного зала имени Людкевича. Этот орган должен был приехать на несколько месяцев раньше, но как раз произошла Оранжевая революция, поэтому инструмент долгое время стоял на границе. И вот когда появилась возможность осваивать два инструмента сразу, я растерялась. Не знала, куда бежать – в органный зал, где мне наконец-то после долгого ожидания включили зеленый свет, или в филармонию, куда орган приехал фактически для меня. А потом успокоилась. Можно сказать, что жила в Доме органной и камерной музыки, занимаясь на органе с утра до ночи, а когда выпадала свободная минутка, бежала в филармонию, понимая, что там совершенно другой инструмент и чтобы сыграть на нем, надо переучиваться

То есть каждый орган требует от исполнителя другого подхода?

Да. Двух одинаковых инструментов не существует. В одном органе больше регистров, в другом – меньше (и соответственно тембров). Один орган – одно нажатие, другой – иное. Штрихи, которые ты используешь на одном органе, вообще не звучат на другом, соответственно звукоизвлечение должно быть другим. Когда ты выучил на фортепиано стаккато, то это стаккато уже на всех фортепиано. А в исполнительстве на органе этот принцип не работает.

Это единственный столь капризный, с фокусами-покусами, инструмент? Или есть и другие?

Такой – единственный, но это действительно счастье на нем играть. Конечно, с этой точки зрения выступления органиста на других сценах имеют кучу нюансов. Потому что можно быть отличным органистом на одном инструменте, а с другим просто не можешь совладать. Это как каждый раз у разбитого корыта стоишь, как оказываешься у незнакомого органа. К примеру, в нашем Доме органной и камерной музыки клавиатура ног (так органист играет и руками и ногами) радиальная. Клавиатура ног в филармонии еще более радиальная. А в других клавиатурах может быть прямая. Когда моя нога привыкла, что здесь будет одна нота, то в этих прямых клавиатурах на этом месте другая нота – к этому надо привыкнуть. Поэтому приехать куда-то и в тот же день дать концерт – нереально. И когда имеешь в чужом месте очень короткий срок до концерта, то обязательно нужно искать ассистента. Мне в этом плане повезло. Потому что когда еду куда-то с моим мужем (а он – тоже музыкант и музыкант невероятно одаренный), то он всегда мне помогает.

Чем есть орган для вас?

Моим самым близким любовником. Знаете, орган – особый инструмент еще и потому, что как ты к нему относишься, так он тебе и отдаст. К тому же это инструмент, который очень не любит измены. Знаю от своих педагогов, есть органы, которые могут просто не воспринять исполнителя – эта нота где-то зависнет, та не переключится. Но это уже мистика и другая тема.

Хватает ли вам времени на что-то другое, кроме музыки?

Конечно, нет. Мне, как всегда, времени хватает. Хотя я и стараюсь быть Юлием Цезарем, который везде успевал, но мне это не удается. В отдельных случаях не уметь распыляться, видимо, не всегда хорошо.

Что составляет ваше счастье?

Музыка, дорогие сердцу люди и снова музыка...

Разговаривала Ярина КОВАЛЬ

Фото из архива Елены Мацелюх

 

 

новости партнеров

6 марта, 2021 суббота

5 марта, 2021 пятница

4 марта, 2021 четверг

6 марта, 2021 суббота

5 марта, 2021 пятница

4 марта, 2021 четверг

3 марта, 2021 среда

2 марта, 2021 вторник

1 марта, 2021 понедельник

28 февраля, 2021 воскресенье

Спутник ASTRA-4A 12073 МГц. Поляризация-Н. Символьная скорость 27500 Ксимв/с. FEC 3/4

Введите слово, чтобы начать